Первый в России проект государственно-частного партнёрства в космической отрасли, как ожидается, будет реализован в сегменте дистанционного зондирования Земли. К такому выводу пришли участники панельной дискуссии, состоявшейся 16 сентября в Музее космонавтики. Большинство спикеров назвало 2027 год ориентиром, к которому проект может дойти до коммерческого закрытия.
Дискуссия прошла во время презентации второго издания исследования «Государственно-частное партнёрство в космической отрасли». Его подготовило адвокатское бюро «Качкин и Партнёры» при поддержке Госкорпорации «Роскосмос», ВЭБ.РФ и Фонда «Сколково». В обсуждении участвовали законодатели, представители Роскосмоса, федеральных органов власти, институтов развития, банков и частных космических компаний.
Почему первым направлением называют ДЗЗ
Первоочередной задачей в модели взаимодействия государства и частного рынка определено создание спутниковой группировки дистанционного зондирования Земли. Речь идёт не только о выпуске отдельного аппарата или закупке массива данных, а о комплексной услуге, которую смогут предоставлять операторы полного цикла.
Такой подход участники обсуждения обозначили как Space as a Service. В этой модели государство приобретает сервис, а не отдельное изделие, спутник или набор снимков. Помимо ДЗЗ, в качестве перспективных направлений рассматривались пусковые услуги и спутниковая связь. Среди международных трендов была отмечена разработка мультиорбитальных космических систем.
«Для нас принципиально важно, чтобы механизмы ГЧП в космосе опирались не только на технологические амбиции, но и на понятный, гарантированный спрос на услуги и данные», — отметил Игорь Кузьминых, заместитель директора Департамента управления проектами Госкорпорации «Роскосмос».
По мнению участников дискуссии, развитие космической сферы следует оценивать также по эффекту за пределами отрасли: в связи, навигации, данных ДЗЗ, транспорте и сельском хозяйстве. Именно наличие долгосрочного спроса, инфраструктурных условий и механизмов прохождения ранних технологических рисков может превратить правовую возможность в работающий рынок.
Что изменилось для космических проектов
В 2024 году в России впервые появилась правовая возможность заключать концессионные соглашения и соглашения о ГЧП в космической сфере. За два года были созданы новые механизмы бюджетного спроса для перспективных инициатив, запущены проектный офис Роскосмоса и ВЭБ.РФ, а также инвестиционная платформа «Космотехника».
В портфеле проектного офиса и платформы находятся инициативы на 0,5 трлн рублей. «Космотехника» рассматривается как отраслевой институт развития и центр компетенций по ГЧП. Предполагается, что она будет сопровождать жизненный цикл проекта: от НИОКР и структурирования до коммерческого и финансового закрытия, реализации и последующего мониторинга.
| Элемент новой модели | Роль в подготовке проекта |
|---|---|
| Роскосмос | Формирует долгосрочный спрос, принимает обязательства и риски как концедент. |
| ВЭБ.РФ | Оценивает финансовую модель проекта. |
| Фонд «Сколково» | Проводит технологическую экспертизу, оценивает инвестиционную привлекательность, предоставляет стартовое финансирование и сопровождает проект. |
| «Космотехника» | Объединяет компетенции по подготовке, структурированию, реализации и мониторингу ГЧП-проектов. |
Роль Фонда «Сколково» и частных компаний
Фонд «Сколково» выступает технологическим экспертом проектов ГЧП в космической отрасли. Как пояснил Илья Воробьев, руководитель Кластера «Космос» Фонда «Сколково», путь проекта от технологии до закрытой сделки требует времени, а зона ответственности Фонда начинается с технологической части.
Опорой для этой работы служит Кластер космических технологий, созданный Фондом совместно с Роскосмосом. Сейчас в нём около 50 частных компаний. Они работают по техническим заданиям госкорпорации на конкретные узлы и агрегаты. Для участника проекта «Сколково», создающего технологию, модуль, прибор, сервис обработки данных или иной компонент космической системы, это показывает, как технологическая разработка может входить в более крупную инициативу с финансовой моделью и государственным спросом.
При этом сам по себе статус участника проекта не означает включения в ГЧП-проект. Представленная модель говорит о важности технологической экспертизы, инвестиционной привлекательности, понятной модели услуги и готовности разработки к работе по конкретному техническому заданию.
Почему правовой рамки недостаточно
Денис Качкин, управляющий партнёр АБ «Качкин и Партнёры», подчеркнул, что закон сам по себе не запускает рынок, даже если он касается космоса. Для реализации инициатив требуются системная среда и дисциплина подготовки: согласованная архитектура решений между государством, финансовыми институтами и бизнесом.
Отдельное значение имеют риски, связанные с использованием радиочастот и выводом спутников на орбиту. Коммерческая привлекательность спутниковой системы зависит от выделенных частот. Частный инвестор не может напрямую обращаться в Международный союз электросвязи для резервирования частоты и зависит от публичного партнёра. При этом на международную правовую защиту частот влияют сроки подачи заявки, координация с администрациями связи других государств и фактический запуск аппарата.
Для участников рынка это важный сигнал: инвестиционная перспектива космической разработки определяется не только характеристиками аппарата, ракеты или наземной станции. Существенны также структура соглашения, спрос на услуги, доступ к инфраструктуре, распределение рисков и возможность довести проект до запуска.
Практическое значение для участников проекта «Сколково»
Обсуждение первого космического ГЧП-проекта не вводит для заявителей и действующих участников «Сколково» новых обязанностей. Однако оно фиксирует возможную траекторию для компаний, работающих в сфере космонавтики: от технологического решения и экспертизы — к включению в проекты, где требуется создать группировку, сервис ДЗЗ, систему связи или отдельные узлы и агрегаты.
При подготовке технологии к такому рынку компании могут учитывать критерии, которые прозвучали на дискуссии:
- наличие конкретной технологической задачи и технического задания;
- понятное применение услуги или данных для конечного спроса;
- готовность проекта к технологической и инвестиционной оценке;
- понимание длительного пути от НИОКР до коммерческого закрытия;
- учёт инфраструктурных, финансовых и орбитальных рисков при создании космической системы.
Таким образом, 2027 год пока является не датой гарантированного запуска, а ориентиром, который большинство спикеров связало с возможным коммерческим закрытием первого ГЧП-проекта в сегменте ДЗЗ. Для технологических компаний это повод внимательнее следить за формированием проектов вокруг «Космотехники», Роскосмоса, ВЭБ.РФ и Кластера космических технологий Фонда «Сколково».
Частые вопросы
Какой космический ГЧП-проект может стать первым?
Наиболее вероятным направлением участники панельной дискуссии назвали создание спутниковой группировки дистанционного зондирования Земли.
Когда ожидается коммерческое закрытие первого проекта?
Большинство спикеров назвало 2027 год сроком, к которому проект может дойти до коммерческого закрытия.
Какую роль играет Фонд «Сколково»?
Фонд проводит технологическую экспертизу, оценивает инвестиционную привлекательность, предоставляет стартовое финансирование и сопровождает проект дальше.
Что такое «Космотехника»?
Это инвестиционная платформа, которая создаётся как отраслевой институт развития и центр компетенций по ГЧП на базе эволюции совместного проектного офиса ВЭБ.РФ и Роскосмоса.
Сколько частных компаний работает в Кластере космических технологий?
По словам Ильи Воробьева, сейчас в кластере около 50 частных компаний, работающих по техническим заданиям Роскосмоса на конкретные узлы и агрегаты.
Означает ли статус участника проекта «Сколково» участие в космическом ГЧП?
Нет. В материалах обсуждения не говорится об автоматическом включении участников проекта «Сколково» в инициативы ГЧП.
Позиция экспертов Реестр Гарант
Для компаний космического направления важен сам формат работы: Фонд «Сколково» участвует в ранней технологической части подготовки ГЧП-проектов, а ВЭБ.РФ оценивает финансовую модель. Ориентир на ДЗЗ показывает спрос на решения, которые могут стать частью комплексной услуги, а не только отдельным технологическим продуктом. Вместе с тем 2027 год участники дискуссии называют сроком возможного коммерческого закрытия, а не гарантированной датой запуска проекта.