Разработчики инженерного софта два года писали собственную систему проектирования деталей и пресс-форм. Подали документы в Минцифры сами — и получили отказ с формулировкой «заимствованный форк чужого проекта».
Разработчики честно указали свободные компоненты — и это сыграло против них.
Компания создала отраслевую CAD/CAM-систему для проектирования оснастки, листовой штамповки и механической обработки на станках с ЧПУ. Чтобы не изобретать базовую геометрию с нуля, в качестве математического ядра применили открытую геометрическую библиотеку Open CASCADE Technology под свободной лицензией LGPL.
Поверх открытой библиотеки команда написала модуль параметрического моделирования, собственный генератор управляющих программ для пятиосевых станков, кинематический решатель и русскоязычный интерфейс. Подали документы в реестр отечественного ПО через госуслуги.
Через полтора месяца пришло заключение Экспертного совета: отказ. Эксперты написали, что геометрическое ядро принадлежит международному сообществу, а заявитель не подтвердил исключительные права и самостоятельность разработки. Завод-заказчик тем временем ждал запись под тендер на 42 миллиона рублей.
Проблема была не в открытом коде, а в том, как компания подала архитектуру.
Заявитель загрузил в экспертную систему единый архив исходного кода, где открытые библиотеки ядра лежали в одной папке с собственными модулями. В пояснительной записке было всего три страницы общих фраз. Эксперт скачал архив, увидел знакомые заголовочные файлы открытого проекта и сделал очевидный вывод: перед ним типовой «ребрендинг» чужого Open Source софта со сменой логотипа.
Минцифры не запрещает использовать открытый код. Закон прямо говорит: свободное ПО использовать можно, если соблюдена лицензия и права на конечный продукт принадлежат российской компании. Но доказывать, где кончается чужое ядро и где начинается собственный продукт, обязан сам заявитель.
Никто в Экспертном совете не станет вручную высчитывать диффы коммитов в чужом репозитории на 500 мегабайт, если разработчик сам не разложил архитектуру по полочкам.
Пошли по инженерным и юридическим фактам, а не по эмоциям.
Компания сохранила контракт и вышла на рынок госзаказа с официальным статусом.
При повторной экспертизе Экспертный совет утвердил включение продукта единогласно. Заказчик получил отечественную САПР с гарантией технической поддержки, а вендор теперь спокойно поставляет лицензии промышленным предприятиям без риска претензий со стороны регулятора.
Три типажа разработчиков, которые сталкиваются с похожими барьерами.
Коротко и по делу о включении софта в реестр Минцифры.
Да, закон прямо разрешает использование открытых библиотек и компонентов. Но есть два ключевых условия: лицензия Open Source не должна ограничивать коммерческое использование продукта в РФ, а сам продукт должен иметь самостоятельную ценность и архитектуру, созданную заявителем, а не быть слепой пересборкой чужого репозитория.
Чаще всего отказ связан с тем, что заявитель не подтвердил объём собственной переработки и права на производный продукт. Если проект подан как единый неделимый архив, эксперты видят известные открытые модули и делают вывод о «перелицовке» чужого проекта без собственного вклада разработчиков.
Доказывается архитектурным разделением кодовой базы, историей коммитов в системе контроля версий, служебными заданиями и актами приёмки разработки от штатных программистов, а также подробным техническим описанием собственных модулей — трансляторов, расчётных ядер и пользовательского интерфейса.
Да, для включения в реестр российского ПО критически важно подтвердить совместимость программы как минимум с двумя отечественными операционными системами на базе Linux (например, Astra Linux, РЕД ОС или Альт) и предоставить проверяемую инструкцию по развёртыванию без обращения к зарубежным серверам.
Практика «Реестр Гарант»
Реальный кейс: Экспертный совет Минцифры вернул промышленную ERP из-за пробелов в правах от фрилансеров и зарубежной СУБД. Провели аудит 1,2 млн строк кода, переписали спорные модули и получили запись.
Реальный кейс: Минцифры отклонило АБС из-за зависимости транзакционного ядра от СУБД Oracle. Перевели ядро на Postgres Pro Enterprise, подтвердили суверенитет кода и внесли АБС в реестр ПО.
Реальный кейс: Минцифры отклонило биометрическую СКУД из-за немецкого движка распознавания лиц. Разработали нейросеть в РФ, реализовали шлюз ЕБС по 572-ФЗ и внесли софт в реестр отечественного ПО.
Руководитель направления реестра отечественного ПО (Минцифры)
Пришлите архитектурную схему ПО, стек используемых библиотек и стек Open Source компонентов. Разберём применимость к критериям ПП РФ №1236, проверим лицензионную чистоту и честно скажем, есть ли риск признания продукта форком. Первый аудит бесплатный. Если удобнее обсудить голосом: +7 920 898-17-18.
Полное сопровождение включения программного обеспечения в реестр Минцифры — от 120 000 ₽ и от 2 месяцев. Нормативная база сверена: ПП РФ №1236 устанавливает правила формирования реестра, 149-ФЗ определяет правовой статус информации и ПО в РФ.
